Городская культура после карантина

Городская культура после карантина

Автор статьи:
Антон Польский, урбанист, художник, исследователь, редактор Partizaning.org, преподаватель в РГГУ и ДВФУ

Художник: Денис Русаков «Вова и Дима едут в мастерскую»

2010-е можно назвать урбанистическим десятилетием. Среди экспертов стало популярным начинать свои лекции с упоминания того факта, что с 2007-го года больше половины жителей планеты живут в городах. Сегодня там сконцентрированы власть и ресурсы, а молодые специалисты ищут возможности для реализации своих амбиций. «Глобальные города», «креативные кластеры», «публичные пространства» и «уличное искусство» — термины, уже набившие оскомину за эти годы, укрепились в вокабуляре журналистов, чиновников и обывателей.

Параллельно с процессами урбанизации и глобализации всё сильнее усугублялась несправедливость, проявленная в неравномерном распределении благ и ресурсов между центром и периферией. При этом городские пространства стремительно коммодифицировались, росла арендная ставка на жильё, крупные корпорации монополизировали рынки, а условия труда прекарных работников (художников, дизайнеров, музыкантов), вовлечённых в творческие индустрии, оставляла желать лучшего. Усугублялась ситуация и в области охраны окружающей среды — особенно на периферийных территориях, призванных обеспечивать метрополии различными продуктами, одеждой, электроникой.

Эпидемия коронавируса неожиданным образом перевернула всё вверх ногами: москвичи (как и жители, например, Нью-Йорка) начали спешно покидать город — на рынке съёмного жилья внезапно появилось масса прекрасных предложений в центре, в то же время значительно вырос спрос на аренду дач в Подмосковье. Компании (те, что ещё не разорились или не связаны с товарами и услугами первой необходимости) перевели свою работу в дистанционный формат, а школы и университеты были вынуждены продолжить преподавание через Zoom, позволив многим покинуть столицы.

По мере развития онлайн технологий многие предсказывали, что людям не обязательно теперь жить в городах — можно будет сидеть на пляже под пальмой или в домике на горе, при этом не покидая «офис», находясь на связи с друзьями и родственниками. Однако на практике подобный стиль жизни и работы смогли опробовать лишь немногие фрилансеры и программисты. Теперь же это стало доступно значительно более широкому кругу людей. Кризис, вызванный пандемией, позволяет воскресить множество утопических, в том числе, левых и экологических идей, связанных с жизнью в коммунах и уменьшением негативного влияния деятельности человека на окружающую среду.


Эти изменения в жизни людей и работе организаций подарили нам опыт, который останется с нами даже если жизнь вернётся в старое русло. И этот опыт позволяет пересмотреть многие из привычных положений дел в области городского транспорта, рабочих отношений, образовательной системы и многого другого, что связано с городским (современным) образом жизни. Попробуем представить некоторые из них:


Учёба

Необходимость реформ в этой сфере назрела уже давно. С одной стороны, государство шло по пути неолиберальной оптимизации системы образования, в условиях которой мы могли наблюдать текучку кадров из школ, переход учителей на платное репетиторство, и, как следствие, потерю качества основного базового обучения. Особенно это коснулось региональных и сельских школ. С другой стороны, в наследство от советских времён нам досталась система, построенная на навязывании и зазубривании «правильных» ответов, подавляющая креативность, индивидуальность и критическое мышление. Теперь же мы столкнулись с тем, что вся система образования вынужденно перешла в онлайн формат.

Дистанционное образование создаёт возможность для посещения занятий, находясь в родном городе или, например, в гостях у родственников — в гостях у воскресного отца или бабушки в деревне. В теории, теперь можно слушать лекции лучших школ, даже не переезжая в столицы. Однако возникает новая угроза оптимизации и резкого сокращения штата «ненужных» учителей. Уже сейчас, впрочем, учителя стали чувствовать перегрузки при работе с учениками из дома. Кроме того неравномерный доступ к сети создаёт и новые ситуации неравноправия среди учеников, ведь в малообеспеченных семьях дети могут не иметь доступа к компьютеру, быстрому интернету и места в квартире, где они смогли бы заниматься уроками.


Работа

Ещё полгода назад о безусловном базовом доходе для граждан говорили лишь левые идеалисты, сегодня же многие страны на полном серьёзе подумывают о том, что люди не должны работать только ради того, чтобы работать — тем более в текущей ситуации, когда работать многим становится просто негде. При этом ставится под вопрос и необходимость ежедневно добираться до офиса — тем самым оказывая негативное воздействие на окружающую среду и публичные городские пространства. Отныне людям открылась пока ещё призрачная возможность работать когда и где это действительно нужно и удобно.


Жизнь в городе и вне его

Вполне возможно, что люди, работающие «на удалёнке» или получающие базовый доход, решат не жить в столицах, предпочтя им родной город или деревню в часе езды от мегаполиса на комфортном пригородном поезде. Близость к городу позволит, при необходимости, оказываться на встречах, посещать культурные события. А жизнь на даче — выращивать овощи в период кризиса и возможного дефицита, не испытывая тесноту и дороговизну арендованного жилья, селиться коммунами и компаниями по интересам, находясь с другими сообществами в постоянном контакте через Zoom.

Это могло бы создать дополнительный толчок для формирования и развития сельскохозяйственных (и не только) кооперативов, коммун художников и единомышленников, живущих в гармонии с природой и друг другом. Жизнь в подобных поселениях предоставит возможности для различного рода экспериментов — экономических, социальных и художественных, — на которых (в силу массовости) уже не будет вешаться ярлык сектантства, эскапизма и бегства от «реальности».

Транспорт

Москва, перенимая передовой опыт других глобальных мегаполисов, создаёт пример для подражания другим городам страны. Открытие линий МЦД (центральных диаметров, соединяющих город с подмосковьем и пригородные электрички с метро) создало ещё более комфортные условия для жизни на даче. Следующим шагом может стать реконструкция большого железнодорожного кольца, опоясывающего город на расстоянии около 50 километров от МКАД, вдоль которого можно будет создать что-то наподобие линейного города, построенного вдоль оси, а не вокруг центра или города-сада. Обе эти утопические концепции, рождённые в начале XX века, были связаны с критикой бесконтрольного роста городов и направлены на создание новых мест для жизни, сочетающих лучшие качества города и деревни; и сегодня они могли бы воплотиться в жизнь.

Текущая ситуация в очередной раз показала преимущества велосипедов, позволяющих передвигаться по городу даже в кризисной ситуации самоизоляции, минуя контроль камер слежения и бдительного ока полицейских на дорогах и при входе в метрополитен. Велосипед даёт возможность соблюдать необходимую дистанцию между людьми, ведущими спортивный образ жизни, быть независимыми от работы общественного транспорта (например, в Киеве закрыли метро), пробок (в том числе связанных с проверкой пропусков при въезде в город), проблем с топливом для автомобилей. Отметим, что главными пользователями велосипедов в дни карантина были и остаются курьеры и работники различных городских служб.


Публичные пространства

С одной стороны, все публичные события в период карантина перешли в цифровой формат: десятки квадратиков на экране с шевелящимися в них людьми уже стали привычным форматом для встреч, конференций и онлайн вечеринок. Интересно, что в локальных событиях теперь можно принимать участие, находясь практически в любой точке мира — мы можем, не выходя из дома, оказаться в баре в Петербурге или на конференции в Португалии. Самоизоляция парадоксальным образом укрепила возможность для коллективной коммуникации с людьми, независимо от того, находятся ли они в соседнем подъезде или на другом континенте. Абсолютно неважно как далеко мы друг от друга — расстояние теперь играет роль разве что в вопросе часового пояса (например, студенты нью-йоркских вузов, перебравшихся на время карантина на родину в Азию и Европу теперь вынуждены посещать семинары по ночам).

С другой стороны, тотальная цифровизация (которая и до пандемии была здесь), происходящая на фоне физической изоляции, создаёт критическую нехватку реального, тактильного контакта. Вполне возможно, что наравне с тем, что многие стороны жизни окончательно будут иметь свою замену в сети, мы испытаем определённый ренессанс офлайна после снятия карантина — это может быть новым летом любви, когда изголодавшиеся по реальному общению люди вырвутся из своих квартир на свободу — в город.


Уличное и активистское искусство

Будучи исследователем политического искусства в городской среде, в эти дни я участвую в различных онлайн конференциях, посвящённых уличному искусству и городским интервенциям в период карантина и самоизоляции. Люди искусства, активисты, организаторы первомайских шествий — все мы вынуждены придумывать новые формы саморепрезентации и политического действа.

Теоретики и практики задаются вопросом, какие методы, медиумы, форматы окажутся адекватными сегодняшнему дню — возможны ли митинги онлайн (оказывается да, и даже онлайн их можно разогнать), имеет ли смысл (и этично ли) делать уличное искусство на улице, с одной стороны, нарушая карантин, с другой, делая это в городе, где практически нет людей? Как и с другими областями жизни, реальное и цифровое всё сложнее разграничить, текущая ситуация стимулирует как изобретение новых форм (перформанса или кухонного разговора онлайн), так и актуализацию и переосмысление старых как мир жанров, идей и сюжетов.


Конфликт поколений

Пандемия нивелирует некоторые формы сегрегации (квартира в 5 минутах ходьбы от Кремля теперь ничем не отличается от любой другой, из которой нельзя выходить на улицу), при этом усиливая другие аспекты социального неравенства. Многие западные сми отмечают усугубляющийся в эти месяцы конфликт поколений, проявившийся, среди прочего, в популяризации хэштега boomer remover — намекающий на то, что коронавирус, в первую очередь, опасен для жизни и здоровья пожилых людей, большинство из которых относятся к послевоенному поколению т.е. бэби-бумеров — представители которого во многом ответственны за текущую геополитическую ситуацию в мире. Молодёжь обвиняет шестидесятилетних в тех проблемах современности, которые и породили пандемию, ставшую, как кажется, реакцией природы на безответственное поведение человека.

Принято считать, что основным водоразделом в идеологиях старого (находящегося в зоне риска) и нового (находящегося в относительной безопасности) поколений становится экологическая повестка. Людям за шестьдесят нет дела до охраны окружающей среды в силу того, что расхлёбывать их ошибки придётся не им, а их детям. Экологические проблемы, связанные с глобализацией, разбалансировкой климата, эксплуатацией людей и природных ресурсов — проявят себя в своих катастрофических формах скорее всего уже после смерти одних и при жизни вторых. Всё это вовсе не означает, что молодые желают смерти старым, но сам факт обесценивания человеческой жизни (на фоне перспектив выживания всего человечества) налицо.


Подводя итоги

Пандемия застала человечество врасплох, но и актуализировала множество вопросов, заставила пересмотреть образ жизни многих. Вполне возможно, что после её окончания эти многие захотят жить так, как жили раньше. Однако очевидно и то, что жить как раньше нельзя, и если до этого мотивом перемен могла быть (морализаторская) левая и экологическая повестка, то сегодня банальная логика выживания человеческого вида — мы должны стремиться к равенству не потому что так этически верно, а потому что это может стать единственным способом сохранить мир.



Scroll Up