Кухонный фестиваль в Самаре

Кухонный фестиваль в Самаре

С 24 по 27 мая в Самаре проходил «фестиваль активистской кухни». По словам его организаторов, художников Мейка Мейковича и Павло Митенко, кухня всегда являлась символическим местом, где обсуждались самые важные вопросы. Но фраза «кухонные разговоры» и «кухонный эксперт» автоматически нивелирует всё происходящее, не оставляя после себя возможности для важных высказываний. С другой стороны, а если на кухне читают лекцию признанные искусствовед\ка  или  урбанист\ка? Но будут ли их мнения авторитетней, чем мнения людей, которые готовят общую еду рядом с ними?

Фестиваль стал не только площадкой для обмена мнениями, но и местом совместного быта для его участниц и участников. Все это сопровождалось исследованием городского пространства и художественными интервенциями. О том как и почему проходил Фестиваль, нам расскажет художник Павло Митенко:

Мы ушли от старых названий и декларативности  и  благодаря этому смогли действовать публичнее и поэтичнее, чем когда-либо в истории фестиваля (прим. ранее художники организовывали фестиваль «Медиаудар», без сотрудничества с Фондом) . Перефразируем знаменитое выражение: мы не делали политический фестиваль, мы делали фестиваль политически, нащупывая возможности, которые даёт новый город и его жители, новая сборка активистов фестиваля, новые альянсы и ситуации, рождённые их встречей.

Задачами обновленного формата фестиваля стали сплочение нашего собственного коллектива и исследование города. Основными зонами поиска становятся формы быта, самоорганизации и публичных действий; амелиорация междугороднего пространства солидарности. Мы жили в двух многоместных номерах, собравших участников из Красноярска, Минска, Москвы, Питера, Самары, протягивая эксперимент от домашней сферы к публичной: от совместного приготовления пищи и экспериментов быта, до интервенций в городскую среду и обратно к быту.

Основные действия фестиваля формировались на пересечении проблематики квира и города. В одном из недавних выступлений Джудит Батлер предложила определение квира как, во-первых, отклонений от нормы и, во-вторых, солидарности, которую испытывают по отношению друг к другу те, кто совершают эти отклонения. И интервенции и дискуссии фестиваля вопрошали пределы нормализации городской жизни и ограничений, которые она накладывает на различные аспекты свободы.

После лекции художницы-феминистки Марии Покровской о фигуре фланёра “Фотографическая практика как способ возвращения себе городского пространства”, мы отправились дрейфовать по Самаре, обращая наши фотокамеры на городские особенности. Материалы этого фото-исследования послужили для создания зина, мастер-класс по созданию которого Мария провела на следующий день.

Вечером в Литературном музее состоялась презентация книжек серии «Крафт», левоориентированного поэтического альманаха «Транслит» и дискуссия «Пострейв, реп-баттлы и литература». С лекциями выступили левые интеллектуалы и поэты: местные Илья Саморуков и Олег Горяинов, и приглашённый фестивалем питерский поэт, исследователь и перформер Роман Осьминкин.

Следующий день был посвящён презентациям участников фестиваля и завершился большой дискуссией с участием самарских активистов. Открытая ассамблея была призвана дать возможность желающим познакомиться с участниками фестиваля, его принципами, и повлиять на форму его проведения. В частности, включиться в концептуальную и практическую подготовку общего завершающего события.

Презентации касались низовых феминистских инициатив Петербурга: «Швемы», «Родина», «правонааборт», «феминистки поясняют»… (Анастасия Вепрева); и практик самоорганизации “Работай Больше! Отдыхай Больше!”, “Летучая кооперация”, eeefff, исследующих социальность компьютерных наук, софтверные и хардверные хаки, развивающих научную фантастику критически понимаемой стартап-культуры (Дина Жук, Николай Спесивцев). Куратор самарской галереи “Виктория” Сергей Баландин прочитал лекцию “Эргономичность как критерий современного искусства” о человекоразмерности в искусстве.

Центральная дискуссия фестиваля была посвящена нормализации городского активизма. Петр Иванов и Мария Быстрова развивали тезис о “субъекте среднего уровня” или “мезосубъекте”. Пётр Иванов считает, что “в постсоциалистических странах мы имеем дефицит такого рода субъектов. Зачастую вместо общественных движений у нас наличествуют отдельные активисты, вместо территориальных общественных самоуправлений — отдельные городские активисты, вместо социальных наук — отдельные научные активисты. Эта проблема решается только через усложнение структур социального капитала, увеличение числа связей и создание локальных запросов на науку, общественные движения и самоуправление. Это усложнение и приводит к появлению “мезосубъектов”, выстроенных на фундаменте территориальной «общей судьбы», локальной экономики и кроссекторального взаимодействия”. Антон Польский ещё усложнил картину, описав стратегии городского активизма через призму квир-теории. На примере вело-активизма он показал, что появление государственной инфраструктуры велосипедного движения приносит велосипедистам дополнительные возможности передвижения, но и лишает их преимуществ непрозрачности, подвергая дополнительной нормализации и контролю со стороны властей. Павел Митенко, развивая эту мысль, поставил под вопрос нормализацию любого активизма, игнорирующего складку между целями и средствами низового движения и официальных властей. Последние стремятся нормализовать ситуацию, демонтируя механизмы влияния низовых инициатив. Та же динамика задаёт и становление сферы современного искусства в России: в 90-х оно начиналось как независимая, но и некоммерческая активность сообщества, которое постепенно уступило власть внешнему управлению культурных институций и их менеджерам, восстанавливающим отношения неравенства, эксплуатации, контроля и, наконец, цензуры.

В последний день, акцентируя это квир-усложнение, мы совершили три интервенции. “Спекулятивный компьютерный клуб. Дефиле-дискуссия в секонд хенде” группировки eeefff, предложившей упражнение в социальной мимикрии, нормальности/ненормальности. Этот квир-эксперимент с переодеванием был вызван ситуацией, когда участники группировки попытались пообедать в столовой “Роснефти”, но охранник не пустил их из-за неподобающего внешнего вида. “Вы сможете подобрать костюм, чтобы почувствовать себя в силах оттянуть дедлайн, оставив время для лени и страсти, делиться тем, как проникать в финансовые и бизнес-центры и места креативной индустрии постсоветского пространства. Здесь вы найдете скафандр, который позволит потребовать выплаты гонорара в срок”.

Затем на берегу реки Самарки, которую хотели актуализировать на карте города местные активисты, был организован «Поэтический пикник под мостом».

Осминкин

“«Под мостом» — это серая зона нашей урбанизированной цивилизации, вытесненная из поля зрения, странное место без места, пространство вне-находимости. Под мостами издавна обитали бездомные, бродяги и клошары, а сегодня под мостами европейских городов разрослись палаточные лагеря беженцев. Как прекрасно показал Гастон Башляр в своей «Поэтике пространства» в основе поэтического воображения лежат фундаментальные материальные образы, а не химеры и иллюзии. Поэтому, мы — поэты и поэтки из Самары и других городов России — решили собраться под одним из мостов на берегу реки Самарки и разделить с вами трапезу”, — написал в анонсе Роман Сергеевич Осминкин. Продолжая центральную тему фестиваля в своего рода квир-географии участники фестиваля в альянсе с самарскими поэтками и поэтами, тесня нормализованный культурный оборот, ввели в культурное поле территориальную маргиналию. МАКЕ соорудил плот, с которого, как со сцены, поэты продолжили читать стихи. Роман Осьминкин сравнил поэтическое обращение с языком, заключающееся в балансировании в его стихии с баналсированием на плоту во время чтений. Плот был оставлен на новом пляже, объявленном поэтическим.

Оставив поэзию мы двинулись на живописное поле, только что сооружённое на краю города для местных жителей его администрацией в честь чемпионата мира по футболу. На этом поле мы устроили матч по трёхстороннему (квир) футболу. Эта старая ситуационистская игра, меняющая привычное футбольное мышление в ситуативном ключе.

стрит_арт

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Сложно сделать что-то помимо презентаций и дискуссий в незнакомом городе, имея всего несколько дней на вхождение в контакт с местом. Возможно, единственный способ действий в таких обстоятельствах — спонтанность и доверие случаю, смешивающему усилия приехавших и местных участников, создание ситуаций. Не побоявшись этого риска, мы ориентировали фестиваль на действия в городе. Таким образом нам удалось почувствовать город и оставить что-то в нём. В ситуации российской действительности нужно действовать вне столиц. Мы стараемся организовать событие так, чтобы максимально тесно общаться друг с другом, выходя к последнему дню к какому-то общему проекту.

Поделиться: